«Последняя страна» — четвёртая книга цикла Александра Афанасьева «Врата скорби», большой альтернативно-исторической саги о реальности, в которой XX век свернул на иной — более суровый и конфликтный — путь. На дворе 1949 год, и Аравийский полуостров превращается в поле негласного, но крайне жестокого противостояния держав. Здесь сходятся и сталкиваются британские спецслужбы, русские стратегические интересы, племенная знать, религиозные силы,

Это история о встрече с неизведанным и о том, что истинная сила может скрываться там, где ее меньше всего ожидаешь. Путешествие в мир, где грань между реальностью и магией стирается, началось. Современное славянское фэнтези.

Моя жизнь понеслась вперед с ошеломляющей скоростью. Я наконец получила магию, о которой так мечтала, но вместе с ней достался неожиданный «бонус». На горизонте объявился жених, однако наши отношения приходится скрывать. Теперь за мной охотится не только культ — вокруг становится все больше холстиков, и каждый видит во мне желанную цель, а я ведь одна. Но ничего: меня втянули в магические игры, и я еще докажу всем, какой я на самом деле «милый»

Однажды я обнаружил, что остался один на всей Земле. Как оказалось, это не сон и не чей-то розыгрыш. Наш мир готовился к пришествию монстров и, боги, чтобы помочь в этом сражении, забрали всех людей для обучения магии, а время на Земле остановили. Только вот так получилось, что меня они забыли, оставив один на один с целым миром.

Когда-то он был Бертом Тассером — землянином, совершившим свой первый и единственный межпланетный рейс: с Луны на Марс. Когда-то была Земля — синяя и зелёная… Но однажды из корабельного иллюминатора он вместе с другими увидел, как по планете расползаются бесчисленные трещины и наружу вырывается ослепительное пламя. С той минуты они навсегда стали марсианами — обитателями Марса, его пленниками. Берт выбрал жизнь скитальца, своего рода

В центре повествования — судьбы нескольких женщин, чья молодость пришлась на советское время и период перемен. Книга строится как череда воспоминаний и размышлений о том, как складывается жизнь «обычной женщины» в условиях бытовых трудностей и личных драм.

К исходу четвёртого дня осады китайского военного поста надежда на спасение почти угасла. Однако несколько европейцев из небольшого гарнизона продолжали ждать и верить, что подмога уже спешит к ним.

Это история о том, как в тихой глубинке сельской Америки предательство проникло в самую комфортную зону — семью. Успешная пара обладала фермой и стабильной жизнью, пока жадность и скрытые конфликты не привели к ночному насилию. Маленький ребёнок стал единственным тихим свидетелем кошмара, а следователи разобрали детали, которые показались незначительными — но разложили всё по полочкам. Рассказ начинается как семейная драма, а превращается в

Для сестер Саманты и Эллы Митчелл зима — главный сезон года: время тепла, близости и праздников, того, чего им так недоставало, когда они росли. Однако на этот раз рождественские хлопоты связаны с неожиданной участницей — их матерью Гейл, женщиной, которую окружающие считают бессердечной. Пять лет они не общались, но внезапный звонок Гейл и ее обещание, что в этом году все будет иначе, заставляют Саманту и Эллу с осторожностью согласиться на

Сталкер Тим пробирается через блокпост и выходит к свалкам Зоны в поисках более ценной добычи, где опасность исходит и от аномалий, и от людей. Вскоре он оказывается рядом с отрядом сталкеров, который пытается закрепиться на новой территории, но Зона быстро показывает, что случайностей здесь не бывает. Чем дальше они идут, тем сильнее нарастает тревога: что-то в этих местах явно не объясняется обычными правилами выживания.

Отставной военный хирург подбирает на ночной дороге сбитого пса и привозит его домой, чтобы помочь. Простая, казалось бы, история сострадания постепенно оборачивается чем-то странным и тревожным. Собака, названная Певцом, оказывается слишком умной, слишком понимающей… и словно видит больше, чем положено обычному питомцу.

Нью-Йорк эпохи диско внезапно превращается в город шёпота и паники: кто-то охотится на влюблённых в припаркованных машинах. А когда убийца начинает писать письма, играя с полицией и прессой, страх получает имя — и становится частью массовой культуры.