Паланик создал сатиру на индустрию Голливуда, наполнив её черным юмором и множеством отсылок к знаменитостям прошлого и настоящего. Основной героиней является Хейзи Куган, неудачница в киноиндустрии, которая специализируется на превращении неудачниц в суперзвезд. Она тренирует и поддерживает Кэтрин Кентон, красавицу, которая постоянно попадает в неважные роли, их используют, обманывают, но все же обожают. В треугольнике также присутствует

Сборник рассказов различной степень трэшовости. 1) Владимир Сорокин "Тридцать первое"2) Владимир Сорокин "69 серия"3) Владимир Сорокин "Норма" (отрывки)4) Владимир Сорокин "Отпуск"5) Чак Паланик "Собачий век"6) Эдди Бертин "Вкус твоей любви"7) Николай Кобзев "Заводной апельсин. 10 лет спустя"8) Николай Кобзев "Я - Тед"

Шпионский роман ХХI века — по Чаку Паланику. Это уже даже не смешно — это или истерически смешно, или попросту страшно. Итак — группа старшеклассников из неназванной страны с режимом победившего тоталитаризма получает задание — под видом «студентов по обмену» внедриться в простые американские семьи среднего класса, затаиться и начать подготовку к массовому теракту… Проблема в том, что они — как бы это поизящнее — морально устарели в своих

Литература без табу и тормозов. Безумные сюжеты про маргиналов, наркотики, рок-н-ролл, секс, безбашенное насилие, обильно сдобренное матерщиной и абсолютной свободой слова. Известная оранжевая серия познакомила русского читателя с такими громкими именами как Чак Паланик, Хантер Томпсон, Чарльз Буковски, Ирвин Уэлш, Дуглас Коупленд, Дэнни Кинг, Поппи Брайт и т.д. Чаще всего эти имена ассоциируются с их знаковыми романами, но у некоторых

Виктор Манчини — мошенник, который зарабатывает на жизнь, разыгрывая приступы удушья в общественных местах. Чувствуя свою ответственность за судьбу того, кого спасли от смерти, люди охотно расстаются с наличностью. Деньги нужны Виктору чтобы оплачивать лечение его сумасшедшей матери, посвятившей всю свою безумную жизнь борьбе с общественным порядком. В одно из посещений матери он открывает для себя нечто, что переворачивает всю его бесполезную