– Когда у тебя подсадка? – спрашивает мама. – Завтра. Переживаю. Набираю номер мужа, но гудки улетают в пустоту, не принося ответа. Срываюсь и еду к нему. Захожу в приемную. Секретаря на месте нет. Прохожу дальше, к кабинету, и тяну за ручку двери. Свет приглушен, на черном кожаном диване возня, слышны стоны. Я не вижу лица девушки, да оно мне, собственно, и не нужно. Какая разница кто? Позади нее мой муж со спущенными брюками. Видимо, страсть

– В последнее время мы не общались, но ты имеешь право знать, что я беременна. Он выгибает бровь: – Ко мне почему пришла? – У меня никого не было кроме тебя, – держусь из последних сил, чтобы не разреветься. – Этот ребенок не мой. Я тебе не верю. – Разворачивается и уходит. – Прямо сейчас ты делаешь самую большую ошибку в своей жизни, – произношу ему вслед. – Ошибку сделаешь ты. Если оставишь этого ребенка. *** Когда-то мы любили друг друга.

Брак по родительскому расчету обречен на крах. Я смогла полюбить мужа, он меня – нет. Теперь мое сердце, при виде любимого в объятиях другой, разрывается на части. *** – Скажи, ты хоть когда-нибудь меня любил? – как же жалко дрожит мой голос. Муж медленно встает, подходит ко мне. Заправляет прядь волос мне за ухо: – У тебя все обязательно будет хорошо. Мы развелись, но позже – как гром среди ясного неба: две полоски на тесте и новая жизнь.

– Я думал, ты выше этих разборок, – муж складывает руки на груди. – А я думала, что мой муж выше предательства. – Брось, – отмахивается устало. – Ты изначально знала, что наш брак не будет основан на любви. – Что ты делаешь вообще, Карим? – слезы подкатывают. – Ася, ты еще маленькая и не понимаешь, что у меня есть свои потребности. – Предлагаешь все оставить как есть? – Карим кивает. – И что, так и будешь после работы наведываться к ней? А