Он стискивает мне горло и сверлит взглядом — темным, как сама ночь. Другая рука скользит на бедро и подтягивает край юбки вверх; свободная ткань поддается без труда. Я встречаю его глаза дерзко, будто бросаю вызов: решится или отступит? Он усиливает нажим, перекрывая воздух. Я размыкаю губы, жадно ловя то, чего почти не осталось. — И что, даже дергаться не будешь? — бросает он, и верхняя губа нервно подрагивает. — А ты на что способен? Универом

Когда жизнь моего сына разбилась вдребезги, моей последней надеждой стал он – Борис Акимов. Лучший детский травматолог. Холодный гений с телом атлета и руками, творящими чудеса.«Я тебя соберу», – пообещал он моему мальчику.«И тебя тоже», – добавил мне взглядом, в котором читалось больше, чем мог себе позволить врач.Он нарушил все правила медицинской этики и моего душевного покоя. И, как выяснилось, у него были на это основания. О которых помнил

Главное правило анестезиолога Калериной – не влюбляться в героев.Отец и брат, погибшие в МЧС, навсегда выжгли этот принцип в её душе.Когда в жизнь Зои ворвался Михаил, она отпустила контроль и поверила в чудо. Но любимый оказался не тихой гаванью, а спецназовцем со шрамами и позывным Кобра.Зоя решительно разорвала отношения и начала встречаться с перспективным безопасным финансистом.Но у Кобры другие планы. Его задача отвоевать Зою не у

Наша история началась с взаимной неприязни, а закончилась тем, что мы стали друг для друга спасением. Мне пришлось отказаться от мечты и уехать как можно дальше после предательства бывшего жениха, который сделал предложение моей матери. Заглушать боль я научилась бесконечными сменами в кафе и рисованием, которое держало меня на плаву. Но избалованный богач с роскошной яхты решил, что может купить и моё искусство. Он и не подозревал, что нас

Станислав Зорин — жёсткий и расчётливый магнат с аналитическим мышлением, для которого чувства равны слабости. Его стихия — цифры, сделки и тотальный контроль. Он привык идти напролом, не пасует перед преградами и превыше всего ставит интеллект и холодную логику. Энджи — эквилибристка, так и не получившая полноценного образования в хореографическом училище; ей не хватает ни выучки, ни светских привычек. Она из реальности, где каждый день —

— Ты выходишь замуж, — строго говорит отец. — Я выбрал тебе достойного мужа. — Чего? — дёргаюсь, как от пощёчины. — Но я не хочу замуж. — Ты посмотри на себя, — он раздражённо фыркает. — Кому ты нужна такая дефектная? Пока молодая, ещё можно пристроить, а дальше? — морщится и отмахивается. — Это решённый вопрос. — Мне всего восемнадцать! За что ты так со мной? — предательские слёзы всё же пробиваются наружу. — Я же не люблю его. — Я всё сказал.

– Стой, подожди, – говорю, схватив девушку за плечо. – Не трогай меня, – шипит она, как испуганная кошка. У нее припухшие губы от удара, синяк на скуле и ссадина на брови. Она красива и дерзка. Кажется, я ее где-то видел, но не могу вспомнить, где именно. – Мы знакомы? – спрашиваю, вытирая каплю крови с ее брови. – Даже не надейся, – отклоняет она мою руку. – Дурак! Она просто уходит, дерзко взмахнув своим русым хвостом. – Мы еще обязательно

– Ты зараза, – шипит Ян в паре сантиметров от моего лица. Верхняя губа дергается в агрессивном оскале. – Отравляешь все своим присутствием.– Ненавижу тебя, – шепчу в ответ.– Я вытравлю тебя из этого дома, – обещает он.Мы оба в ярости. Оба ненавидим. И до сих пор любим.Наши родители не знают, что мы были теми, кто подарил друг другу первую любовь. И теми, кто впервые разбил каждому из нас сердце.Ян не просто будет мстить. Он вовлечет меня в

– Скажи, что это сделала не ты, – просит мой любимый мужчина. – Скажи, что не ты автор всей той грязи, которой пестрят газеты и интернет.Не могу ничего произнести в ответ. Это была я.Я – та, кто поклялась себе загубить политическую карьеру Александра Громова. Я – та, которая проникла в его жизнь и его сердце, а потом впустила и в свое.Я – та, которая легла в постель с врагом, а потом влюбилась без памяти.И теперь мне остается только надеяться на

Книги Джулии Вольмут – это истории любви, в которых эмоции искрят будто оголенные нервы. Сквозь боль, непонимание и страхи герои двигаются вперед в надежде получить то, чего хотят, или то, чего думают, что хотят. А мы наблюдаем за ними то с замирающим, то с ускоряющимся пульсом и глотаем страницу за страницей, гадая, куда заведет их судьба? Их истории – это истории падения или взлета?

– Даниил, мы не можем… в смысле, вообще ничего не можем. И того, что произошло, этого… не было, понимаешь? – Еще как было. Я думал, друг подгонит мне какую-то среднестатистическую девчонку, а тут такая горячая милфа. Иди сюда.– Ты не понимаешь, – произношу.– Давай ты потом объяснишь. Ты так сладенько мурлыкала. Ну иди уже.– Я подруга твоей мамы, – хриплю тихо и зажмуриваюсь.После развода с мужем я приехала на время к подруге, и ночью ко мне в

– Света, в общем я… беременна… – оглушает меня подруга фразой, которую я должна была произнести первой. Ведь сегодня гинеколог подтвердил, что у меня будет малыш. Спустя семь лет у нас с мужем будет ребенок. Это ведь счастье, такое долгожданное и выстраданное! – Вот УЗИ. Подруга протягивает мне бумагу, и я поднимаю на нее ошалевший взгляд : – Так рада за тебя! Но я не знала, что ты с кем-то встречаешься. Ты не говорила! Кто же твой мужчина?! Мне