Я был руномагом и отдал свою жизнь, чтобы остановить вторжение и уберечь империю. Однако смерть обернулась новым шансом — я пришёл в себя в теле сироты, которого приютил деревенский лекарь. Магии во мне почти не осталось, а «спаситель» обращается со мной как с бессловесной прислугой: за малейшую провинность — побои, вместо заботы — голод и унижения. Но это ненадолго: я всё тот же руномаг Аскольд, и знания древнего рода Рунописцев никуда не