Все-таки есть свои преимущества у жизни в захолустье. Меньше людей – меньше неудобных вопросов. Правда, есть еще и враждебная и беспокойная нежить, но один древний зануда в моей голове считает, что это к лучшему. Мол, больше практики для меня. Вот только чем дольше я здесь, тем серьезнее становятся проблемы. Потому что со стороны границы к нашей заставе уже прут бледные твари…

Очнувшись на больничной койке, понятия не имела, кто я и как здесь оказалась. Дежурившая в палате медсестра просветила: я - Одинцова Вероника и мне двадцать четыре года. Кроме этого, девушка сообщила, что в частную клинику из бюджетной меня перевёл некий Койдан Ярослав. Он и лечение оплатил, и, пока я была без сознания, навещал. Вскоре объявился и сам благодетель с заявлением, что он мой жених. Обрадовалась. Ещё бы, мужчина молод, красив и